Статьи:

«Никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство видам обращения и наказаниям… Все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства «присущего человеческой личности».
Эти великие и благородные строки представляют собой положения «Международного Пакта о гражданских и политических свободах» (ООН, Нью-Йорк, 1966г.), который ратифицирован Республикой Казахстан в ноябре 2005 года.
Кроме того, Казахстаном подписан еще ряд осново-полагающих правозащитных документов международного уровня, в том числе «Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» (ООН, Нью-Йорк, 1984г.; ратифицирована РК в 1998г.).
Однако реальное положение дел в пенитенциарной системе Казахстана диаметрально противоположно содержанию международных документов, подписанных Республикой, и чьи положения она обязана выполнять.
В тюрьме (СИЗО) это: переполненные камеры, где на одной шконке спят по два арестанта (поочередно); либо нары, где спят на одном боку и переворачиваются все одновременно; нехватка матрацев; а те, что есть в наличии – представляют собой гнилые мешки с вывернутой ватой; отсутствие постельного белья; отсутствие в камерах деревянных полов и горячей воды; наглухо забитые железными жалюзями окна; ограничение времени прогулок; причем прогулочные дворики расположены не на свежем воздухе, а на крыше здания, где приходится дышать раскаленным бетоном и хлоркой; плохая организация процесса доставки арестантов из СИЗО в суды или на слежку, когда зэкам приходится толпиться на «вокзальчике» по 5-6 часов; плохое питание и медобслуживание, общая грязь и антисанитария, отсутствие связи с внешним миром и организованного досуга и т.д. и т.п.
Но еще больше плачевное состояние наблюдается в лагерях. Это – избиения «козами» и ментами прямо у автозака; заключение в карцер и БУР («барак усиленного режима»); требование подписи о соблюдении Режима и добровльном вступлении в СПП («Совет ПравоПорядка»); вербовка в лагерные стукачи; и это все – под угрозой зверских избиений и изнасилования («сделать пинчом»!); ограничение свиданий, передач, связи с внешним миром, плохое питание и медобслуживание; провоцирование на ссоры с дубаками; прибавление срока за так называемый «невыход на обязательную работу», травля собаками, раздевание и обливание водой на морозе и т.д. и т.п.
Все эти злоупотребления и нарушения законности со стороны сотрудников МВД и Минюста (перевод пенитенциарной системы из МВД в Минюст не внес кардинальных изменений в этой сфере) – вызывают многочисленные акции протеста со стороны заключенных. Так, 15-го апреля 2007 года в лагере №71 учреждение ЛА155/8, близ Алматы, более 100 человек организовали акцию протеста, из них 76 человек – «вскрылись», то есть вспороли себе животы и изрезали вены (на шее, на руках и т.д.). Эту же акцию в знак солидарности, поддержали заключенные в лагерях Аркалыка и Петропавлоска.
Официальные власти, вместо того, чтобы разобраться в истинных причинах инцидента – свалили всю вину на самих заключенных, обвинив их в нарушении Режима. Почти все они доставлены в Алматинский централ, где организаторы и активисты заключены в карцер, а остальными «уплотнены» и без того переполненные камеры СИЗО-1.
Причем, все эти события и откровенно инквизиторские методы «обработки» заключенных проводятся втихую – при громких широковещательных заявлениях режима Назарбаева и клоунских посягательствах на пост председателя ОБСЕ, Нобелевскую премию и т.д.
Характерно, что Президент, привыкший обставлять свой народ в политический «шарик-малик» - не брезгует и не стесняется обманывать и все высокие международные инстанции. Так, в официальном отчете под названием «Дополнительный доклад о мерах, принятых Республикой Казахстан в целях осуществления положений Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания», направленным в Комитет ООН против пыток (!), черным по белому написано: «В рамках гуманизации уголовной политики были сняты необоснованные ограничения и заперты на переписку, ношении часов, спортивной одежды в свободное время. Окна в камерах расширены, с них сняты металлические жалюзи с целью доступа дневного света и свежего воздуха, настланы деревянные полы. Улучшилось питание осужденных, в том числе больных туберкулезом, беременных женщин, а также больных, находящихся на стационарном и амбулаторном лечении. Ассортимент продуктов питания для больных увеличился с 22 до 29 наименований».
Как практический зэк, ответственно заявляю – все это 100-процентная ложь. Окно в моей камре 08 транзит, помимо двух решеток, заложено наглухо куском железа в виде пластин («жалюзи»), а за ним выстроена кирпичная кладка шириной во весь проем окна и высотой во все три этажа здания. После публикации моей «Книги Тюрьмы» в Алматинский централ были, наконец, допущены представители Международной правозащитных организаций и им впервые (!) было разрешено пообщаться с арестантом (то есть со мной) непостредственно. Правозащитники (Жанабилова, Данияр Канарин, Лейла Рамазанова) в сопровождении замначальника КУПС по г.Алматы и области Ирины Якубовой, дважды приходили в камеру 08 транзит, воочию убеждаясь, что все, написанное мной в «Книге тюрьмы» - святая правда. Особенно их возмутил (как тут не вспомнить знаменитое: «замуровали, демоны!» - из известного фильма!) факт замурованного окна – ибо, как я отметил выше, правительство Казахстана уже успело рапортовать ООН о «расширении окон и снятии с них жалюзи»! Попутно замечу, что по стандартам ОБСЕ, в тюремной камере дневной свет должен иметь доступ не менее 2,5 часов в день – в противном случае тюремные условия приравниваются к «пыткам»! «Хозяин» СИЗО-1 полковник Жунисов Б., в присутствии правозащитников и куратора КУПС пообещал устранить все недостатки. Но, увы, до сих пор я с тоской смотрю в свое замурованное окно и дышу, с наступлением весны в особенности, как рыба, выброшенная на берег!
Публикация моей «Книги Тюрьмы» вызвала оживление в мире Братвы. Мне стали писать ходаки, с рассказами о перенесенных страданиях, издевательствах и унижениях со стороны тюремно-лагерных администраций.
Об этом красноречиво свидетельствуют показания заключенных из лагеря № 71, отрывки из которых я привожу ниже (перевод с казахского мой – А.А.):
1) Осужденный Ибраимов Шынгыс, 1985 г.р., срок 6 лет строгого режима, 03.05.2006г. – 03.08.2012г. «Нас привезли на строгий режим, здесь сотрудники (менты) и «активисты» («козы») всех избили, при этом снимая на видеокамеру; раздев догола и собрав гомосексуалистов, пытались нас изнасиловать; все они были в масках. Я не понимаю, кто разрешает им эти противоправные действия? До сих пор все это снится мне. Я Вас прошу – остановите эти действия, которые противоречат и Закону, и Конституции! Ведь мы – тоже люди, и граждане Казахстана!»
2) Осужденный Бердибеков Мурат, 1981 г.р., начало срока – 27.01.2006г., конец срока – 27.07.2020 г., срок 14 лет 6 месяцев: «Едва мы спрыгнули с автозака – нас начали избивать, требуя, чтобы мы надели красные повязки и стали мыть полы. Дамир, активист СПП (Совет Правопорядка), Ара, Шах, Леха, Арсен, а также контролер Айдар. Раздев меня догола, они гоняли из кабинета в кабинет, избивая и угрожая изнасиловать. Я был в карантине 11 дней – они показались мне 11 годами! …Администрация учреждения ЛА 155/8 издевается над зэками как хочет. Наконец, 15 апреля 2007 года мое терпение кончилось, ни письменно, ни устно мои жалобы не доходят – и я вскрыл себе живот! Я сделал это, чтобы донести до Вас правду – своей кровью! Теперь меня за это же хотят судить и прибавить срок. Как иначе донести до Вас правду? Или надо было сразу повеситься? Я не боюсь смерти. Но если она случится – в моей смерти будут повинны Жетимеков М.А., Оразбаев М.М., Жумабеков Б., Шарипеков Б., а также СПП-ки Ара, Арсен, Шах, Леха, Айдар, Горох. Это заявление написано в 2-х экземплярах».
3) Осужденный Касымов М.М., 1974 г.р., статья 253-2, срок 4 года: «Ехавший со мной в автозаке осужденный Ким Игорь вскрыл себе горло. Медицинская помощь ему не была оказана. Опер Дамир пристегнул меня наручниками и стал избивать за то, что я не остановил Игоря Кима. Начал кричать, что «опустит» (изнасилует) меня. Трое в масках били дубинками, требуя, чтобы я нацепил красную повязку и мыл полы голым. Через осужденного Васильева я брал наркотики, а он брал их у опера… 15.04.07г. мне пришлось вскрыть себе живот, потому что знаю – жалобу они не отправят, а меня изобьют и закроют в изолятор. Прошу Вас разобраться и принять меры».
4) Осужденный Тотебай Ардак, 1982 г.р., статья 179-2, срок – 8 лет: «В карантинном отделении первое, что от меня потребовали, раздеться догола, одеть на левую руку красную повязку и, взяв тряпку, мыть унитаз. И все это требовали, применяя физическое и моральное давление. Они вновь и вновь избивали меня и пришли к последнему (средству), угрожая мужеложством (ст.121 УК РК). От безысходности приходилось выполнять их требования, и все это записывалось на видео. В середине ноября я шел в мечеть, в пятницу, – но майор Жумабеков Б. избил меня за то, что я ходил в мечеть… После этого я решил пойти на последний (шаг) и совершить самоубийство. Потому что все мои жалобы были игнорированы начальником учреждения Жетмековым М.А.
5) Осужденный Жумашбаев Санат, 1988 г.р., начало срока – 01.12.2006г., конец срока – 01.12.2014 г., срок – 8 лет: «Едва сошли с автозака – нас стали бить и так гнали до карантина… Мне показалось, что я являюсь фашистским заложником. Раздев нас догола, избивали в длинном коридоре. Мне сказали: «Ты будешь нашим шпырем, бери тряпку и мой унитаз». Это были «козлы» в масках. Они угрожали изнасиловать меня. Опер Дамир сказал, чтобы я стал его стукачом. Я отказался. Дамир, с ним СПП-ки Руслан, Ормен, Полосатый – трое, меня избивали в течение часа. Дамир бил меня головой об стол. Я потерял сознание. Затем опер Рашит заставлял меня подписаться в стукачи. Опять те трое из СПП били меня и хотели изнасиловать… В лагере многие хотят кончить жизнь самоубийством, и многие так и делают. Многие – «вскрылись». Но ничего не помогает. Мне всего 19 лет, я только начал жить. Сделайте же что-нибудь! Если я умру – виновны опер Дамир, Рашит, режимник Баха».