Статьи:

Дело было суровой зимой с 1991 на 1992. Россию вместе с ее ошеломленным народом "плющило и колбасило" от безжалостных разрядов "шоковой терапии".
Становились явью ночные кошмары, сон ушибленного шоком разума порождал замысловатейших демонов.
В центре Города Героя Москвы, на бывшей правительственной трассе товарища Сталина - улице Арбат воплотился кошмар коммунистов. Мерзостные личности со стертыми лицами - т.н. "жучки" - открыли прямо на улице бойкую торговлю Советскими реликвиями - Красными Знаменами воинских частей и учреждений, орденами и медалями СССР. Символы, за которые плачено кровью, валялись россыпью и стоили тогда сущие гроши. Боевые ордена – Красного знамени, Красной Звезды, Отечественной Войны, стоили по 5-10 у.е., медали времен Войны – по одному у.е. А юбилейные… те вообще шли чуть не на вес.
Поругание Советских символов, загадочным образом совместилось с поруганием православных Святынь. В мановение ока самозародились и раскрутились сотни "антикварных" лавок и лавочек, наполненных иконами, церковными книгами и утварью. Откуда ни возьмись, даже в уличной продаже появилось огромное множество старинных икон, крестов, богослужебных книг. (А надо сказать, что при Советской власти старинные иконы, как и ордена, легально не продавались.)
Так, что воплотился и православный кошмарный сон – на грязной улице, заполненной вульгарной, фланирующей под гнусную попсу публикой, вдоль заплеванных стен домов, прямо в грязи на брусчатке, стояли сотни древних икон. В очи святых летела мокрая грязь, только что не плевали специально.
Рядом грудами лежали кресты, почти вперемешку с красными звездами… Стоили иконы тоже копейки – по нынешним деньгам 10-100 у.е., но тогда честное жалование соответствовало 3-5 долларам…
И вот, одним из слякотных зимних дней, мы со школьным другом (тогда уже студентом Иконописной школы в Загорске) оказались на Арбате. И как только мы вынырнули из Плотникова переулка, так сразу и натолкнулись на столик с разным антикварным серебряным барахлом – кубачинскими чернёными подстаканниками, разрозненными ложками-вилками, кольцами для салфеток, портсигарами. И среди всего этого лежал себе большой Крест Мощевик – «сребропозлащенный», хорошей киевской работы начала 18 века.
Сиделец - точнее стоялец за столиком – замерзший грустный «кавказски иунош», с каплей под покрасневшим внушительным носом, назвал цену реликвии.
Она была космической – 250 долларов!!!
Мы, сохранили лицо, и спокойно потребовали вещь на просмотр. Лицо–то мы сохранили, а руки-то дрожали и открыть Крест удалось не сразу. Но открыли. И оказалось, что он почти полон!
В серебряных ячейках, залитые воском покоились Частички Мощей. Это были Мощи древних Киево-Печерских угодников, Великомученицы Варвары, нескольких древних мучеников и святителей.
Что делать?! Капитала у нас с собой было долларов на десять и больше никак и ниоткуда быстро достать было нельзя. Ровно также нельзя было и оставлять там Мощи. Оставить их - было решительно неправильно и противно порядку вещей.
Мы отошли посовещаться и думали уже просто налететь и отобрать Крест. Но Господь вразумил меня и помог найти простое и эффективное решение…
Я вернулся к стояльцу и спросил - обращал ли его хозяин, выдавая ему предметы на продажу, внимание на содержимое Креста. Оказалось, что нет. Оказалось, что стоялец получил на продажу, среди всего прочего - Крест (один) и обязан сдать обратно или Крест (один) или соответствующую денежку.
И я предложил ему, так и сделать – сдать тот самый Крест – только без содержимого. Ибо, с точки зрения барыги - перекупщика серебра - этого содержимого, можно сказать, что и нет никакого.
А мы ему, за вот эти кусочки воска дадим безвозмездно – настоящие 10 ДОЛЛАРОВ (частью валютой, частью рублями) - совсем и навсегда!
Замерзший иуноша был не только согласен, но и рад – сумма была приличной, а торговал он в тот день явно без успеха. У меня оказалась общая тетрадь, а у друга был перочинный ножик. Мы делали кульки из листов, извлекали частички из воска, клали в кулек, заворачивали и надписывали имя святого. Так и очистили Крест.
А частички эти очень пригодились. Мы их дарили во вновь открывающиеся храмы. Пока все не кончились – и частички и открывающиеся храмы. Частички кончились куда как быстрее…