 Марш Несогласных, 16.12.2006 |
В толпе на площади Маяковского присутствовали разные типажи: патриоты, нацболы, акээмовцы, небогатые либералы, радикальные демократы, правозащитники и даже кучки националистов. Уверяю, мне было видно с трибуны хорошо, это был правдоподобный срез народа. Ибо народ и есть смешение всех перечисленных типов на московской улице. Состоялся первый массовый митинг «Другой России».
Почему не стали прорываться по Тверской улице? Накануне 15 декабря поступили сведения, что все московские мировые судьи вызваны на работу в субботу. Всех свободных врачей попросили быть наготове. Я, Каспаров и подавшие заявку на митинг и шествие А. Аверин и Д. Белунов отправились утром 15-го в ГУВД за объяснениями. Нас принял генерал Козлов, три полковника и человек из ФСБ, отрекомендовавшийся человеком из МУРа. Мы сообщили генералу, что у нас вызывает беспокойства приготовления власти. Мы сообщили, что собираемся идти с митинга на Триумфальной площади на митинг, заявленный на Театральной площади Анпиловым, и что мы хотим, чтоб нам не мешали. Мы сослались на заявление Н. Куликова, курирующего отдел безопасности московской мэрии в газете «Коммерсант», где он заявил, что, мол, пусть идут по тротуару без атрибутики и флагов. Генерал Козлов гордо заявил, что его начальник – глава московского ГУВД генерал Пронин, а Куликов – не его начальник. И что он не пустит нас на Тверскую даже без атрибутики.
Вечером мы собрали совещание: Каспаров, Касьянов, Лимонов, юристы и представители оргкомитета. Я предложил вместо рискованного прорыва по Тверской на малочисленный митинг Анпилова (к тому же странно себя ведущего), остаться на Триумфальной площади. Власть будет нервничать и попытается нас эвакуировать, но растаскивать несколько тысяч человек занятие неблагодарное. Моё предложение понравилось, но не было принято. (Не следует забывать, что мы часть коалиции и командуем парадом как часть, а не как единоличные командиры.) Было принято решение провести митинг, а затем попытаться пройти по Брестской. Что и было осуществлено. Каспаров, Касьянов и я прошли во главе колонны по Брестской до улицы Фучика, после чего распустили людей. Таким образом, удалось провести если не весь марш, то кусок марша. Большего (в создавшихся условиях фактически внутри военного лагеря) добиться мы не могли.
Теперь о недостатках. Оргкомитет марша не имел председателя (т. е. начальника штаба), каждый раз различные лица председательствовали на совещаниях. Оргкомитет имел ограниченные полномочия, и его решения часто отменялись Политсовещанием лидеров. Плохо, что итог вечернего совещания лидеров 15 декабря не был доведен до личного состава НБП и видимо других партий тоже. Или был доведен в недостаточной степени. Потому личный состав НБП оказался на дальней позиции на митинге, у самой Тверской улицы и не смог прорваться вместе с лидерами «Другой России» на Брестскую. А когда прорвался, то оправившийся от внезапного прорыва ОМОН яростно набросился на нацболов.
Стоит заметить, что власть 16 декабря приняла беспрецедентные меры, впервые мобилизовав фактически все спецподразделения МВД. Только на Триумфальной площади милиции было в два раза больше чем митингующих. Колонны тяжелых грузовиков ВВ и автобусов ОМОНа растянулись по Тверской и ближайшим улицам – судя по номерам машин, присутствовали спецотряды милиции из всех европейских областей РФ, от Мурманска до Осетии. Стояли водометы новейшей конструкции, над площадью кружил милицейский вертолет (что ранее было не характерно для массовых акций). Так что власть подготовилась к самой настоящей гражданской войне.
Ещё один наш блин комом: то, что несколько сотен нацболов не доехали до Москвы, были задержаны офицерами МВД и ФСБ. Надо было быть умнее, хитрее, возможно передвигаться совсем мелкими группами, не бросаясь в глаза. Следовало пользоваться «чистыми» телефонами. Не надо забывать, где мы живём. Короче говоря, НБП могла выступить намного лучше, чем выступила 16 декабря. Мы всегда должны быть впереди и быть самыми сильными. Вина за некоторую организационную сумятицу ложиться на всех нас.
Однако впадать в пессимизм, в негативную оценку Марша – нельзя. Пол блина получились комом, потому что мы впервые взаимодействовали на улице с новыми союзниками, а у них опыта даже еще меньше чем у нас. Но общая оценка 16 декабря: пять с плюсом. Несомненно «Другая Россия» уже способна собрать тысячи людей. Она сравнялась в этом с КПРФ. 16 декабря у нас не было задачи непременно вступить в потасовку со всем 120-тысячным корпусом московской милиции. Потому не стоит сокрушаться, что столкновения не произошло. Еще успеете.
Основные битвы политической войны, которая началась 16 декабря, еще впереди. Поберегите силы, сомкните ряды, поупражняйтесь в хитростях. Вот через пятнадцать месяцев все до одного нацболы должны будут доехать в Москву.
Смелее глядите в будущее.
P.S. Московское отделение партии отлично и самоотверженно поработало на распространении газет и стикеров «Марша несогласных». В значительной мере успех Марша – то, что москвичи явились на площадь 16 декабря – был заработан МГО НБП.