 |
Между тем, если обратится к реальности, а не к пиар-технологиям, приведённых фактов более чем достаточно, чтобы оценивать курс, проводимый Кремлём на постсоветском пространстве крайне негативно. Прежде всего, следует обратить внимание на отношение к проблемам СНГ самого президента Путина. Это отношение было сформулировано в двух ключевых тезисах:
1. Содружество независимых государств создавалось для цивилизованного развода республик Советского Союза;
2. Россия не претендует на роль политического лидера постсоветского пространства. Интересы Москвы находятся в сфере экономики.
Уже из этих тезисов ясно, что никаких геополитических проектов, альтернативных западному глобализму или китайской экспансии, Кремль предлагать не собирается. Данное обстоятельство полностью игнорируют многочисленные политологи-конспирологи, делающие вид, что программных заявлений высшей российской власти относительно СНГ не существовало.
Эти политологи продолжают создавать фальшивые концепции, в которых брутальные действия эРэФ на постсоветском пространстве объясняются борьбой российских и западных геополитических интересов. Показательно, что сам Кремль всегда открещивается от политической составляющей конфликтов. Даже в случае с Грузией официальная Москва настаивает на том, что санкции, применяемые к данной республике, не связаны с политикой. Риторику российского официоза можно было бы объяснить «военной хитростью», однако деполитизированная позиция Кремля не так лицемерна, как кажется. Представители российской власти убежденно лгут, но при этом искренне не понимают, что отчасти говорят правду. В отличие от западных стран (и, в первую очередь, Соединенных Штатов) политика путинской эРэФ не подчиняется никаким масштабным историческим проектам и ориентирована только на извлечение прибыли для крупных корпораций. Став частью глобалистской системы Россия отказалась от собственных политических и культурных амбиций в Евразии, и теперь пытается строить свои отношения с соседями, исходя преимущественно из коммерческих интересов. Необходимо уточнить, что коммерческие интересы не являются синонимом интересов экономических. Первые, как правило, имеют краткосрочный характер и не обязательно совпадают с задачами государства. Вторые – подразумевают существование некоего долгосрочного плана развития межгосударственных отношений и обычно тесно связаны с политикой.
Повторим ещё раз, что в отношениях выстраиваемых сейчас Кремлём с бывшими республиками СССР, безусловно, превалируют коммерческие интересы. Проблема в том, что у лидеров государств, возникших после распада Советского Союза, уже успели появиться собственные цели, отличные от целей российской элиты. Именно этим фактором обусловлены сегодняшние противоречия между Москвой и бывшими перифериями империи. Нужно признать, что конфликты внутри СНГ имеют объективный характер, а не привнесены извне, как утверждает кремлевская пропаганда. Причина этих конфликтов – в стремлении крупного российского капитала навязать бывшим советским республикам новые правила отношений, противоречащие как частным интересам этих республик, так и интересам Содружества в целом. Навязываемые путинским режимом правила имеют единственную цель – извлечение прибыли для сверхкрупных собственников и высшего российского чиновничества. Рядовой же отечественный потребитель никаких преимуществ от повышения цен на энергоресурсы не получает.
Заявление Путина об экономических приоритетах России на территории СНГ и последовавшие за этим заявлением действия фактически уничтожили политическую базу для существования Содружества. Закономерно возник вопрос: если Москва не стремится к сохранению СНГ как политической структуры и рассматривает постсоветское пространство лишь как территорию своих коммерческих интересов, то почему Украина, Грузия, Киргизия, Азербайджан и другие республики не могут искать более выгодных для себя экономических и геополитических альянсов?
Вопреки кремлёвской пропаганде, утверждающей что государство эРэФ является самым надёжным и едва не единственным партнёром стран Содружества, события последнего времени свидетельствуют как раз об обратном. Повышение стоимости газа для Украины и планируемое многократное увеличение цены этого же товара для Грузии при желании ещё можно объяснить прозападной ориентацией лидеров этих государств. Причина же газового конфликта с союзной Беларусью очевидна даже среднезомбированному обывателю: безграничная алчность номенклатурно-олигархического режима, действующего в России.
Если бы Россия серьезно стремилась к экономическому лидерству на территории бывшего Советского Союза, её действия обязательно были бы подчинены политическим задачам. Это значит, что вместо того, чтобы ставить перед российскими компаниями краткосрочную цель – извлечение прибыли, Москве следовало бы добиваться превращения Содружества в мощный альянс, альтернативный западному глобализму и Китаю. Осуществление такого проекта – единственная возможность вернуть России статус великой мировой державы. Увы, меры применяемые сейчас Кремлём к странам СНГ, прямо противоположны этому проекту. Вместо интеграции евразийских народов вокруг Москвы – разжигается ксенофобия, вместо создания благоприятных условий для сотрудничества на наших соседей накидывается финансовая удавка. При ближайшем рассмотрении приоритет так называемых экономических интересов оказывается крайне невыгодным для самой России. Бывшие советские республики уходят в сферу влияния Запада, а позиции Москвы в Евразии становятся все более слабыми.
Главная причина дезинтеграционных процессов в СНГ очевидна: экономика и политика не могут существовать отдельно друг от друга. Экономические проекты, оторванные от политики, являются чистой коммерцией и потому недолговечны. До тех пор пока политика и экономика не станут одним целым, массам будут предлагать всевозможные усыпляющие разум имитации: эрзац-экономику в виде газовых войн с Украиной или Беларусью и эрзац-политику – что-нибудь вроде не признаваемых никем (включая Москву) референдумов в Приднестровье и Южной Осетии.
Надеяться, что нынешняя российская власть хоть как-то изменит свой курс, ведущий к окончательному политическому и экономическому раздроблению постсоветского пространства, не приходится.