Статьи:

Прошло уже 20 лет с тех пор, как была демонтирована инженерная система пограничных сооружений Германской Демократической Республики на территории г. Берлина, известная широким массам как Берлинская стена. Обломки стены давно распроданы любопытствующим туристам, а оставшиеся еще фрагменты стали экспонатами арт-выставки под открытым небом. Однако интерес к этому событию с годами не ослабевает, а в дни годовщин вспыхивает с новой силой. И уже только по одному этому стена заслужила право писаться с заглавной буквы – Стена.
В том, что граница двух военных блоков, постоянно балансирующих на грани войны, оборудуется с максимальной степенью надежности, нет ничего удивительного. Сложный комплекс из двух бетонных стен и проволочных заграждений, вышек наблюдений и сигнального оповещения, Стена надвое перечеркивала многомиллионный город - историческую столицу Германии, и просто обречена была стать символом. Причем при любом результате противостояния. Просто место жертв-героев Стены Гюнтера Литфина и Криса Геффроя заняли бы погибшие при исполнении унтер-офицер Эгон Шульц и рядовой Петер Гёринг. А на обломках красовались бы не Хонекер с Брежневым, а Аденауэр с Эйзенхауэром или Коль с Клинтоном.
Итак, символом чего стала Стена и ее разрушение? Символом объединения двух Германий и воссоединения немецкой нации? При всём уважении к немецкому народу, это слишком локальные рамки. Окончания холодной войны? Только ли?
Поиск ответа на этот вопрос привел меня на одну из бесчисленных выставок, посвященных памятной дате, благо одна такая проходила в Центре современного искусства «Винзавод». По информации организаторов, выставка на протяжении ряда лет с успехом гастролирует по всему миру – от Европы до Индокитая.
В просторном помещении были представлены порядка 40 работ, созданных авторами разных стан и в различных жанрах. Объединяло их одно - все они выполнены с использованием плит Стены и ее обломков.
Несмотря на то, что среди авторов были известные имена, такие как Кабаков и Лонг, большинство работ были на удивление банальны и по серости могли соперничать с бетоном, поверх которого были нанесены. На этом безрадостном фоне привлекла внимание работа Жерара Форманже «Память бетона», запечатлевшая тень автоматчика в характерной каске армии ГДР. Немного сгорбленная фигура с наклоненной к земле головой как бы показывает нелегкие будни пограничника, изо дня в день несущего на своих плечах тяжкое бремя ответственности за безопасность границ родины. Не исключено, что автор имел в виду что-то совсем другое. Но это была единственная на выставке картина, которая могла бы украсить галерею и при альтернативном течении истории.
Если сами творения не завладели вниманием, то неожиданно информативными и литературно сильными оказались короткие аннотации, приложенные к каждой работе.
Для примера приведу комментарий к «полотну» Ричарда Лонга, представляющему вытравленную на бетоне фрагмента стены темно-серую пятиконечную звезду: «Как доисторическое чудовище, расплющенное на стене, Красная звезда становится абстрактным знаком, не соответствующим более никакой реальности».
Встречала и провожала гостей экспозиции аляповатая работа Тьерри Нуара (Thierry Noir) с претенциозным названием «Не целуйте эту Стену, она – крокодил». Так или иначе, но эта картина своей задаче соответствовала. Желания целовать бетон, тем более покрытый изображениями крайне неприятных губастых физиономий, и впрямь не возникало.
И все же, покидая выставку, я никак не мог избавиться от ощущения, что отнюдь не увиденные только что работы были главными ее экспонатами.
Оформиться мысли помог, как ни странно, Президент РФ. В его интервью журналу «Шпигель», наряду с привычными банальностями о разделе двух Германий и противостоянии двух систем, мелькнула мысль о Стене, как «символе раздела ценностных ориентиров».
Непреходящее значение Стены не в том, что она отделяла два враждующих лагеря и две политические системы. И уж точно не в том, что она разделяла Германию надвое. Стена являлась материальным воплощением разделения, существующего в мире духовном, борьбы идей, материальным доказательством существования Альтернативы. Альтернативы миру Поппера и Фукуямы, клоуна Мак-Дональда и Била Гейтса, цивилизации желудка с ее отказом от всего трансцендентного в пользу устремленной в ад эскалации потребления.
И тогда становится понятно, что на самом деле призваны демонстрировать колесящие по миру многочисленные выставки «художников за свободу». Главным их экспонатом являются вовсе не поделки, а сами фрагменты Стены. Вещественные доказательства ее разрушения. Мир стал однополярным, как бы говорят они. А раз мир стал однополярным, значит и люди должны стать одномерными.
Точно также легионеры Тита Флавия Веспасиана развозили обломки Иерусалимского храма по городам мятежной Иудеи, чтобы доказать факт разрушения символа ее народа, и тем самым лишить его надежды на обретение своей судьбы иначе как под сенью триумфатора - безальтернативного Рима.
Стена пала. Но не надо плакать на ее обломках. И не надо их целовать. Стена есть в каждом из нас и ее не разрушить никакими бульдозерами. В тонком мире свои методы борьбы. Стена пала. Враг пошел на приступ? Значит лучники - на стены!