 |
Суд был назначен на 11 часов утра, но начался процесс в 15 часов дня. Пробки...
Мы столпились в узком коридоре. Приставы были подозрительно веселы и вежливы. Даже доброжелательны. Прошла секретарша. Уже что-то. "Ждём гособвинителя", объявили приставы. Мы в нетерпении и волнении переминаемся с ноги на ногу. Вот он, раздувшийся до размеров галактики, г-н в униформе.
Теперь очередь узников. Их провели в нескольких сантиметрах от нас. От волнения никто не смог ничего произнести, но это молчание дало нам больше, чем любые слова.
Г-н обвинитель четыре раза зачитал обвинение (видимо, чтобы лучше понять этот бред), особенно смакуя нагло навешанные на ребят фразы "Бей хачей", "Вали говно". Эти слова он произносил с особым трепетом. Даже с некоторой нежностью... В это время блондинка-конвоир сладко задремала, её напарник откровенно захрапел, судья же открыла окно, чтобы шум города препятствовал проникновению информации в её мозг. По залу прокатился шелест книжных страниц, зазвучал шёпот, обострились чувства. Воспользовавшись ситуацией, я начала снимать заключённых на камеру мобильного телефона. Ребята позировали, задавали вопросы жестами, улыбались, общались между собой. Никто из них не выглядел унылым, поникшим, уставшим. Павел Жеребин, жена которого в этот момент находилась в роддоме, держался особенно бодро.
Наконец это монотонное чтение прекратилось. Начался допрос. Ребята вину не признают, с обвинением не согласны в полном объеме. В обвинении говорится, что это преступление они совершили с особой жестокостью. В чём, возник вопрос у Павла, заключается эта особая жестокость? Терминология, используемая в обвинении, ввела в заблуждение не только Жеребина. Адвокат Аграновский посчитал это нарушением права подсудимых на защиту.
По поводу содержания обвинительного заключения, он попросил г-на обвинителя пояснить, что такое:
1. "Германский национал-фашизм" (видимо, есть еще и интернационал-фашизм);
2. "Коммунизм в экстремистской форме" (что особенно задело адвоката Аграновского);
3. "Хачи" – с точки зрения УПК;
4. "...Исказив свою искусственную сплоченность до наоборот...";
5. "...Могли обсуждаться на встречах членов движения в момент растления взглядов их группы на мир, общество, его устои..." – это о создании группы, "боевой единицы", как выразился г-н прокурор;
6. Как можно "сломить психологию" – науку о психике?
7. Что такое "креативное поведение в одежде"?
Подобным бредом из школьных сочинений изобилует обвинительное заключение. Оно рассмешило даже судью, а уж зал просто кашлял от смеха, пытаясь его проглотить. Верно, что этот документ составлял большой шутник. Когда г-ну дали слово, обвинитель позеленел от отвращения к самому себе. Виновато опустил глаза. Начал заикаться от волнения. Мямлил что-то о том, что в качестве доказательства он хотел представить допрос потерпевших, покинувших зал суда задолго до его начала. В итоге, по его просьбе, процесс был перенесен на другой день. Теперь суд состоится 24 июня 2009 года в 11 часов дня в Замоскворецком суде.
Товарищи, не забывайте политзаключённых! Это вполне в ваших силах – прийти на суд. Они никогда так не нуждались в вашей поддержке.
Наша Борьба Продолжается!