Статьи:

Кризис пришёл (вторая половина 2007 года). Дату начала политического и, как следствие, экономического кризиса в Казахстане я могу назвать точно. Это 18 августа 2007 года. В этот день в Казахстане прошли выборы в парламент, на которых победу одержала пропрезидентская партия «Нур Отан». Президентская партия умудрилась победить так, что в парламенте она оказалась в гордом одиночестве, никакие другие партии, в Парламент страны не прошли. «Нур Отан» сформировал своё правительство, и тем самым взял на себя моральную и политическую ответственность за ситуацию в стране, так как свалить часть вины за свои промахи в парламенте уже было не на кого.
Через несколько дней после выборов хлеб, стоивший в среднем по Казахстану около 20 тенге подорожал на 5 тенге (1 российский рубль), однако уже к сентябрю, цена хлеба достигла 40-45 тенге, что означает двукратное повышение цены. Однако официальная статистика продолжала фиксировать только увеличение количества выращиваемого в Казахстане зерна. Куда это выращиваемое зерно девается и почему цена на него растёт, никто не мог ни тогда, ни сейчас вразумительно ответить. В общем, так получилось… Сразу за ростом цен на хлеб, ввысь рванулись остальные цены на продукты, а потом и на всё остальное. Несмотря на программы местных властей «Дешёвый хлеб для социально необеспеченных граждан» и попытки административными мерами снизить цены на продукты, эти действия ни к чему не привели. Так, Казахстан медленно вкатывался в кризис. Конечно, правительство страны пыталось хоть что-то сделать, но цены продолжили свой рост. Появилась даже новая пословица: если ранее для описания ухудшающейся ситуации говорили: «Ну, полная жопа!», то осенью 2007 стали поговаривать уже так: «Ну, полный «Нур Отан!».
Казахстан к кризису готов не был. В общем, если быть объективным, к нему ни кто не был готов. Единственное, чем власть успокаивала людей, что в Фонде национального благосостояния «Казына», который почему-то хранился за пределами страны (знакомая схема, не так ли?), денег много и на всех хватит. И если будет нужно, заверяла власть, государство поддержит предпринимателей через «Фонд стрессовых активов» и не допустит ситуации, когда вся наша промышленность рухнет.
Но…нас всё же наебали. В конце 2008 года средний и мелкий бизнес, за который власть всегда ратовала, в основной своей массе и навернулся. Появился термин «новые нищие» - так стали говорить о людях из среднего класса, которые занимались мелким, средним и даже крупным бизнесом, однако в связи с кризисом разорились.
В общем, вторая половина 2007 года прошла под знаком непонимания. Никто ни чего не понимал. Казалось, что всё идёт как раньше. Но всё это было иллюзией. Мы вкатились в кризис раньше вас. В чём же была причина этого кризисного явления?

Кредитный бум (2003 – первая половина 2007 года). В Казахстане бум на банковские кредиты и на строительство домов начался ещё в 2003 году. Особый пик строительства ипотечного жилья пришёлся на 2005-2006 годы. В те же годы наш народ как загипнотизированный повалил в банки за кредитами. Кредиты брали на всё и на покупку машины, и на покупку квартиры, и на покупку бытовой техники, и просто на торжества и свадьбы (под последний кредит попал и я). Сложилась ситуация когда практически все оказались должниками банков, в кредитном буме по моим оценкам успело поучаствовать 5 или 6 миллионов человек, при учёте, что всего населения в Казахстане около 15 миллионов.
Кредитный бум был такой, что чтобы получить кредит в банке, нужно было отстоять 2-3 дневную (именно 2-3 дня, а не 2-3 часа) очередь к менеджеру банка. Давали кредиты всем, особо даже не заботясь о платёжеспособности заёмщиков. Например, мои знакомые, муж и жена, получили ипотечный кредит на двадцать лет с выплатой каждый месяц 60 тысяч тенге. Хотя они вдвоём зарабатывали не более 48 тысяч тенге в месяц. Представьте, как безответственно банкиры проверяли кредитоспособность заемщиков. По видимому, вообще никто ничего не проверял. Безусловно, вокруг банков стали сновать так называемые «посредники», которые за определенный откат могли «пробить» кредит в любом банке. Процент отката варьировался от 10 до 20 процентов в зависимости от банка.
Уже после этого кредитного безумия, в 2009 году я познакомился с людьми, которые через посредников вытаскивали фантастические суммы, например одна из заёмщиц (студентка, 20 лет ей максимум) вытащила через посредника из банка 73 тысячи долларов, из них 23 штуки откатив посреднику. Коррупция распространилась и среди банковских служащих. Ущерб от афер менеджеров, банки уже исчисляют миллионами долларов. И как итог – замалчивание данной темы со стороны банков. Молчание банкиров объяснимо.

Ситуация ухудшается (тупо весь 2008 год). В начале 2008 года кредитный бум закончился так же неожиданно, как и начался. Банки просто либо перестали выдавать кредиты, либо ужесточили правила их выдачи. Но всем стало ясно, что в банках денег просто нет, они все на руках у народа, который не спешил их возвращать. После этого начался обвал. Как он проходил вы, может, знаете по ситуации в России, мы с вами в этом очень похожи, но у нас была своя особенность.
Средний бизнес в Казахстане специализировался в основном на строительстве жилья. При чём это можно разделить на два варианта такого строительства. Вариант первый. Через земельные комитеты за взятки человек получал земельный участок. После этого он брал кредит в банке и начинал строительство частного дома, приглашая конечно строителей из Узбекистана (только они работали за те крохи, что им платил хозяин стройки, впрочем, у вас так же, только кроме узбеков ещё вкалывали и таджики). После постройки дом продавался, прибыль просто проедалась, тратилась на не расширение бизнеса, а на улучшение материального состояния человека. После того как прибыль проедалась, человек снова за взятку получал участок земли и шёл в банк за кредитом. Думаю, что таких застройщиков в Казахстане было не менее 50 тысяч человек. Вариант второй - крупные дольные компании, которые, скорее всего, есть и в России. Строительство велось так: собирались деньги с желающих получить квартиру, затем эти активы закладывались в 3-4 банка (за взятки) и начиналось строительство дома. Прибыль была не менее пресловутых марксовых 300%. Ажиотаж на строительство был таков, что 3 цементных завода в моём городе Шымкенте, просто не успевали производить цемент. Чтобы получить цемент без очереди давали нехилые взятки. Но тут пришел конец строительству – банки перестали выдавать кредиты. То же относится и к прочему бизнесу – оборотные средства фирмы пополняли только за счёт кредитов.
После того, как рухнул строительный бизнес, рухнули цены на квартиры. Люди перестали покупать вещи, в связи, с чем полностью сели на ноль вещевые базары, а затем и продуктовые. Люди сократили свои расходы, это привело к тому, что забуксовало сельское хозяйство. Сейчас ситуация такова, что в Казахстан завозят до 80% консервированной плодоовощной продукции, половину всех мясопродуктов и 53% сухого молока. Это у нас в Казахстане!!! То есть в стране, где должны быть бесчисленные отары баранов, стада коров и где вырастить фрукты и овощи – не проблема. Но всё рухнуло, так что мы оказались, наверное, в таком же положении, как и заполярная Якутия – всё завозим, даже мясо. Это означает лишь одно, что наш внутренний рынок был просто искусственным. Он расширялся не вследствие расширения национального производства, а лишь всё большего и большего закупа необходимых товаров и продуктов за границей на нефтяные доллары и заграничные банковские кредиты (ничего не напоминает, россияне?) Назарбаев видимо чувствовал, что что-то не так, и пытался вложить деньги в аграрный сектор, даже объявлял одно время «трёхлетку аула». И что-то, конечно, успели сделать: например, хлеб свой, даже экспортируем, относительно 90-х годов смогли запустить пищевую промышленность и производство алкоголя, но в целом, как обычно, госсредства элементарно поворовали, бизнесу не помогали. И тут пришёл кризис, и страна узнала, что у нас ничего нет, кроме нефти и газа, а вся лёгкая промышленность, которой славился Казахстан во времена СССР, благополучно похерена ещё в 90-е годы.
Такое резкое и быстрое ухудшение всей экономической ситуации ещё связано и с моделью, построенной у нас экономики. Это, так сказать, двойное наложение, когда к проблемам, принесенным извне мировым кризисом, накладываются проблемы построенной в стране экономики. Я готов утверждать, что не экономический базис породил казахстанскую политическую систему, а политическая система сформировала под себя экономику для обслуживания своих, системных и внутригрупповых интересов. И в этом случае политическая надстройка первична, а экономический базис – вторичен, что, безусловно, отразилось на характере и процессах протекающего у нас кризиса. Наша модель экономики хоть и загримирована под «рыночную», но на самом деле всё ещё является командно-административной. Наша экономика подчиняется, вследствие её вторичности, политической надстройке и от команд из Астаны зависит её функционирование. В достаточно безбедные докризисные годы ошибки в управлении экономикой, всегда компенсировались вливаниями больших средств, получаемых от продажи нефти и газа, в те сектора, где и происходил облом. Однако сейчас ошибки власти допускать нельзя. Ошибёшься в чём-либо – уже покрыть за счёт нефти и газа не получится. И данный фактор психологически давит сейчас на управленцев – они боятся что-либо делать, чтобы не стало ещё хуже. Но от их бездеятельности становится только хуже и хуже.