Статьи:

Того, что произошло в Питере 3 марта 2007 года, не ожидал никто. Ни власть, ни мы - организаторы Марша - не думали, что выступление несогласных будет столь мощным. Что наши призывы войдут в резонанс с ощущениями многих тысяч горожан. После 3 марта Питер стал другим. И сейчас, когда еще свежи следы от омоновских дубинок на телах многих участников акции, когда еще остался драйв от прорыва милицейских кордонов, а смольнинские крысы пребывают в шоковом состоянии, самое время подвести первые итоги Марша.

«Другая Россия» заявила себя как основная уличная сила в Петербурге и в стране.
Готовясь к Маршу, клея листовки и стикеры, раздавая газеты у метро, мы думали: сколько людей придет на митинг? Рассчитывали, что при хорошем раскладе будет 1,5 – 2 тысячи. Однако действительность превзошла самые смелые прогнозы.
Еще до начала мероприятия, на подходе к БКЗ «Октябрьский» стало ясно, что мы имеем место отнюдь не с рядовой акцией. Сжатые в плотную массу загородками и рядами ОМОНа, там стояли около полутора тысяч человек. В ответ на милицейское гундение в мегафон про «запрет мероприятия» и про «разойтись» они постепенно распалялись и начинали скандировать «позор!». Вскоре людская масса вырвалась из ограждения и двинулась в сторону Невского. А питерцы продолжали подходить к месту событий. Их становилось всё больше и больше. Самых разных возрастов. Русская интеллигенция Ленинграда, Санкт-Петербурга…
Председатель НБП, один из лидеров Другой России Эдуард Лимонов был арестован, фактически, с боем. Группа из 150 человек, среди них Лимонов, выдвигалась от штаба “Яблока” к месту проведения Марша. Движущуюся колонну атакует ОМОН, начинается винтилово, пытаются задержать Лимонова, но партийцы и собирающийся народ его отбивают. При выходе на Невский проспект возникает вторая стычка с подтянувшим резервы ОМОНом, в результате которой Эдуард Лимонов все-таки оказывается задержанным.
В итоге на Невский несогласные выплескивались тремя волнами, сметая на своем пути омоновские кордоны (всего их было не менее семи). Третья волна – самая мощная - заполнила проспект до отказа. Когда голова колонны уже прошла Фонтанку, ее хвост только сворачивал с площади Восстания. Толпа действительно была просто огромной. По самым скромным подсчетам в Марше приняли участие порядка 7 тысяч человек!
Оказывается, такое количество людей может выйти не только стихийно (как во время монетизации), но и вполне организованно. Причем никто, кроме Другой России, это сделать не способен (бизнес-проекты Кремля, вроде всяких клоунов в дедморозовских костюмах, в данном случае не катят).

Многолетняя монополия КПРФ на «улицу» подорвана окончательно. Кстати, в Питере коммунисты выступили в качестве штрейкбрехеров, организовав по заказу Смольного митинг протеста в тот же день и в то же время, что и шествие Другой России. Тем приятнее, что их акция провалилась полностью: к театру Балтийский дом пришли лишь несколько сотен человек. И это притом что власть организовала «товарищам» из обкома беспрецедентную рекламную кампанию. В срочном порядке миллионным тиражом была отпечатана газета, по городу расклеено множество стикеров и листовок. Дошло до того, что по РТР в прайм-тайм гоняли десятиминутный ролик с бичеванием уплотнительной застройки и призывом прийти на «коммунистический» митинг протеста!
Как пояснил на условиях анонимности один из представителей питерского КПРФ, в горкоме «предпочли синицу в руках журавлю в небе». То есть – гарантию переползания 7%-ого барьера от вице-губернатора Лобко вместо возможности заручиться симпатиями несогласных питерцев (в том числе – электората снятого с выборов «Яблока»). Свой выбор горкомовцы сделали.
Надеемся, настоящие коммунисты из КПРФ в ближайшее время сделают свой выбор, отличный от выбора их сервильных «товарищей» из Питера, и будут вместе с Другой Россией, вместе с народом.
Как бы там ни было, штрейкбрехеры опозорились. Другая Россия же набрала политические очки. И после питерского Марша русский майдан-2008 уже не кажется утопией.

Те простые петербуржцы, которые вышли на Марш, проявили себя как граждане с большой буквы. Используя терминологию Каспарова, можно сказать, что русская политическая нация родилась на Марше несогласных.
Лишь небольшую часть участников шествия составили политические активисты. Большинство были обычные питерцы. Старики, молодежь, многие – с детьми на руках. Что самое поразительное, впервые было немало людей среднего возраста, который, как принято считать, раз и навсегда охладел к политике с начала 90-х годов.
Особенно порадовала энергетика Марша – яростная и четкая, с осознанием своего превосходства над властью Путина и Матвиенко, чиновниками и ОМОНом. Вся она выражена в одном лозунге, который чаще всего звучал над Невским проспектом: «Это наш город!».
В 12-20 граждане прорывают первое ОМОНовское оцепление и выходят на центральную улицу Петербурга - Невский проспект! Колонна демонстрантов начинает стремительно расти. Среди лозунгов: “Это - наш город!”, “Ре-во-лю-ция!”, “Россия без Путина” и др.
Движение Марша по Невскому проспекту “силовикам” не удается остановить. Несколько кордонов ОМОНа прорываются один за другим. С каждым прорывом задерживают по нескольку десятков человек, однако число демонстрантов всё растет. Многочисленные СМИ фиксируют происходящее.
У Гостиного двора, на пересечении Невского проспекта и Думской улицы демонстранты останавливаются. Лидеры Марша начинают второй митинг прямо с лестницы исторического здания Городской Думы. Движение по главному проспекту города полностью парализовано.
Не в силах разогнать такую массу народа, менты начинают планомерное уничтожение символики - во время митинга в толпу периодически вклиниваются группы ОМОНа, которые избивают дубинками людей и винтят всех, кто держит в руках какие-либо флаги. Однако во время каждого налета митингующие группируются, дают отпор и не позволяют рассеять толпу. В какой-то момент со своей символикой остаются только нацболы, как самая организованная сила.
Поскольку представители органов действовали крайне жестко, они получили симметричный ответ от народа. Началось все с того, что один из омоновцев заехал дубинкой по голове старику-ветерану. На седине появилась кровь. И вот тут люди не выдержали - набросились на ублюдка, сорвали с него шлем и бронежилет, и начали бить. Подоспевшие «космонавты» с трудом отбили своего.
Участники митинга стали применять тактику воинов Александра Невского на Чудском озере: когда клин «космонавтов» вламывался в толпу, их брали в клещи, окружали по одному и начинали стаскивать «доспехи», без которых крутые парни оказывались совсем беззащитными. Зрелище было феерическое: над толпой народа летали каски и бронежилеты! «Мы вас повесим, когда придем к власти», - кричали карателям пенсионеры…
Руководитель питерского отделения НБП Андрей Дмитриев был ранее задержан во время прорыва первого кордона. Автобус ОМОНа, забитый арестованными участниками Марша доставил всех в отделение милиции. Когда арестованных оставили во дворе ошалевшей от бурных событий ментовки, нескольким задержанным, в том числе и Андрею, удалось бежать, с помощью товарищей перемахнув через забор, и дворами снова выйти к прорывающемуся по Невскому Маршу. Со ступеней Думы, еще помнящих события 1905 года, руководитель питерского отделения НБП обратился к народу с призывом после митинга прийти к зданию суда, где находится арестованный Эдуард Лимонов.
Отлично действовал один из лидеров Другой России Гарри Каспаров, прорывавшийся сквозь ОМОН и отбивавшийся от полицейских атак вместе с народом. Великолепен был и питерский организатор Марша, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Сергей Гуляев. Ветеран Афгана, военный журналист, ведущий легендарных «600 секунд», он прошел путь от национал-патриота в начале 90-х до депутата Демократической фракции и защитника политических свобод в последние годы. (Достойное сочетание, в отличие от многочисленных проституток из «националистов» и «патриотов», проделавших обратную эволюцию). Во время митинга Гуляев забрался на окно 3-его этажа здания Думы, и уже начал зачитывать резолюцию, когда целый строй ОМОНовцев ринулся задерживать его, наплевав на депутатскую неприкосновенность. Под вспышками сотен фото- и телекамер он долго сопротивлялся натиску «космонавтов». Наконец, его буквально сбросили вниз на лестницу. Сергей получил ушиб позвоночника и многочисленные травмы. Когда его тащили к машине, было видно, что он уже теряет сознание. И, тем не менее, из последних сил он продолжал сопротивляться. В это день Гуляев стал политиком российской значимости.

Власть оказалась в полной растерянности и состоянии, близком к истерике. В Смольном не знают, что делать в таких случаях.
Будь Матвиенко Лужковым, или, на худой конец, Шаймиевым, все могло бы быть иначе. Старые аппаратные волки никогда не стали бы подставляться под удар сами. Так московский мэр демонстративно устранился от запрета Марша несогласных в декабре. Вся грязная работа была поручена вице-мэру Цою.
Но «старая комсомолка» из любви к Путину решила всё делать сама. И села в лужу. Еще накануне Марша в эфире «Пятого канала» она лично запугивала горожан и обещала не допустить шествия. Одновременно состоялась коллегия ГУВД, на который генерал Пиотровский грозно вещал, что акция, мол, запрещена и будет разогнана. После чего в метро стали крутить объявления от пресс-службы милиции с призывом «не ходить на провокационный запрещенный русский марш» (!).
В общем, в успех Марша Валентина Ивановна внесла неоценимый вклад. А в финале и вовсе начала нести какой-то бред про «гастролеров из Москвы», организовавших провокации «на деньги Березовского и Ходорковского». Столь же нелепо звучали официальные данные ГУВД про 800 участников Марша, которые озвучивались на федеральных телеканалах на фоне кадров заполненного народом Невского проспекта. При этом дикторы говорили про «кучку экстремистов, которые почему-то кричат «это наш город».
Действия Смольного в этой ситуации анализу не поддаются. Вряд ли тут есть какая-то логика, кроме логики панического страха.

Питер показал пример всей стране. Другой Россией здесь был взят реванш за Москву, где Марш состоялся лишь в форме митинга. Удар тем больнее, что нанесен в самую сердцевину путинского режима, по «малой родине» кремляди.
Очевидно, что, несмотря на весь путинский стабилиздец, в недрах социума произошли определенные тектонические сдвиги - настроения изменились. Появился запрос на новую оппозиционность, не связанную догмами 90-х годов. Идея Другой России объединить весь протестный потенциал общества оказалась единственно верной.
Марш впервые за долгое время дал нам повод для гордости. За молодых мам и отцов, которые не испугались и пришли с маленькими детьми на руках. За стариков, которые рвали дубинки из рук ОМОНа. За весь несогласный Питер.
Боевое крещение Другой России состоялось. На очереди - Нижний Новгород, за ним снова Москва... Скоро в России будет другая власть. Остался год.