Чтобы вникнуть в суть современной милиции, необходимо рассказать о статистике. Само МВД изнутри более всего похоже на старую (примерно 70-х годов прошлого века) советскую гигантскую фабрику с огромными тяжёлыми машинами и облупившейся краской, масляными лужами на полу и серыми стенами. Фабрику, на которой бесконечно продолжается некое скучное социалистическое соревнование. Давным-давно, в молодости, я думал, что эта громоздкость - советское изобретение, но с годами понял, что её корни уходят глубоко в древность, куда-то в средневековую Пруссию, в циркуляры, шагистику.
Статистика - ключевое понятие для МВД, его "душа". Ей подчинено всё, эффективность работы любой службы сводится к цифре. Год делится на отчётные периоды: месяцы, кварталы, полугодия, по окончанию которых проводятся "подведения итогов". На них сравнивают цифры с цифрами соседних подразделений, других регионов России и сами с собой: за прошлый квартал и за "аналогичный период прошлого года" (АППГ). Цифра больше - хорошо, меньше - плохо. Хотя очень большая цифра - тоже плохо. В следующем квартале придётся догонять самих себя. Идеально: "столько же, сколько в прошлом квартале, плюс один".
Допустим, в посёлке N в январе было спокойно: кражи - на уровне, наркотиков в помине не было. В феврале пришёл табор цыган, пошли кражи, мошенничества, торговля наркотой. Допустим, в марте большинство из этих преступлений менты раскрыли, да плюс повезло - изъяли, скажем, 2 кг героина. Все соседние районы будут выебаны, потому, что у них показатели по кражам, мошенничествам и изъятию наркотиков ниже, чем в посёлке N, и никакие ссылки на табор в расчёт приниматься не будут. Потом табор ушёл куда-то (знаемо дело - в небо), посёлок зажил прежней сонной жизнью. А через год начальство, вдруг начнёт посылать комиссии, и комиссии эти будут насиловать ранее героическое N-ское РОВД: "Как так!? Раскрыто на 70% меньше краж, чем в аналогичный период прошлого года, изъято в 1000 раз меньше наркотиков? Наказать виновных! Объявить выговоры! Уволить!" И никого объективные причины интересовать не будут… Неважно, как обстоят дела в действительности: контролирующие органы из большого города никогда не будут вникать в обстановку на обслуживаемой территории проверяемого РОВД. Главное, чтобы цифра была не хуже чем у коллег в УВД, в соседних регионах, чтобы нигде не было нулей.
Каждая служба гонится за своей цифрой. Оперативные службы - выявление и раскрытие, процент раскрытия (соотношение раскрытых/нераскрытых преступлений), процент тяжких преступлений (из раскрытых должно быть как можно больше тяжких), у УБОПа - количество выявленных и раскрытых преступлений "с признаком" (совершённых в составе организованной преступной группы). Показатели следователей - количество направленных в суд дел (хорошо), количество возвращённых на доследование (плохо). У прокуратуры - количество обвинительных (хорошо) или оправдательных (плохо) приговоров по представленным в суд делам, количество вынесенных представлений и возбужденных уголовных дел в отношении сотрудников милиции. У кадровых служб - количество дисциплинарных наказаний, текучесть кадров… И так далее.
Раскрытые или выявленные преступления - это "палки". Реально "палка" выглядит так: карточка формата А4, на которой в определённом месте следователь проставляет цифру, обозначающую код службы, раскрывшей преступление (002 - УУР, 005 - УБОП, 007 -участковые). Какая война разгорается из-за этих циферок на карточках, особенно к концу квартала, полугодия, года!!! Они покупаются, они воруются (!), за них проставляются следователям, чтобы отнять их вышестоящие органы насылают проверки в нижестоящие. Из-за них грызутся и мирятся начальники служб и отделов, из-за них подкидываются патроны и наркотики! Лишь бы пережить полугодие, квартал, ещё на несколько месяцев отсрочить взыскание, усидеть на руководящем кресле, или наоборот - шагнуть по карьерной лестнице, стать лучше всех, получить поощрение. Существуют целые технологии, как добывать палки, не раскрывая преступлений.
Именно в этой ржавой начальственной логике арифмометра, пронизывающей милицейскую вертикаль и кроятся причины львиной доли так называемых "должностных правонарушений" (например - укрывательство преступлений и злоупотребление полномочиями). Возьмём "укрывательство": основной статистический показатель обыкновенного райотдела - процент раскрываемости. В советские годы он доходил до 80-90%. На это влияло и меньшее количество совершаемых преступлений, и, мягко выражаясь, менее либеральный УПК, дававший милиции значительные полномочия, позволявший работать более быстро, агрессивно, и, следовательно, успешно. В те далёкие годы у милиции был лучший кадровый состав. А ещё был двойной контроль над её деятельностью - дисциплинарный и партийный (абсолютное большинство офицеров состояли в КПСС). Ну и, наконец, какая-то незначительная часть укрывалась, или вешалась паровозом на тех злодеев, кому все равно сидеть за свои грехи. В новой политической реальности количество преступлений выросло в сотни раз, законы существенно снизили полномочия милиции, кадровый состав значительно хуже (берут "по объявлению") и т.д. Так вот, в этих условиях о снижении требований к раскрываемости никто не озаботился. "Мы их поприжмём покрепче, они пищать будут, изъебнутся, но сделают 80-90% раскрываемости, а мы доложим Президенту" - подумали московские генералы. С тех пор так и есть. В любом крупном городе начальники райотделов не вылезают из выговоров за "низкие показатели". Однако при этом умудряются держаться в норме.
Как это делается? Есть два вида преступлений: очевидные ("светлые"), где сразу известен преступник и неочевидные ("тёмные", "глухари"), где преступник не установлен. Раскрыть "глухари" возможно, но сложно: или всплывут у скупщика украденные вещи, или возьмут злодея по другой теме, а он расколется ещё и на "глухарь", но, чаще всего - информация приходит от милицейских осведомителей. Факт в том, что определённый процент "глухарей" всё равно остаётся нераскрытым. А если имя преступника и станет известно милиции, то дело всё равно будет невозможно довести до суда (вещдоки сгниют, исчезнут воспоминания свидетелей, сотрутся из памяти). Ещё часть преступлений не раскроется из-за загруженности милиционеров. В крупных городах - доходит до 18-20 материалов в день (!) на каждого опера, участкового или инспектора ПДН. Ещё часть "глухарей" раскроется через неделю, месяц, полгода, год. А с момента регистрации материала пойдут процессуальные сроки: через 10 суток необходимо вынести решение: уголовное дело, отказной или отправить материал по подследственности. За просроченный материал участковый или опер подлежит уголовной ответственности! Помните, сколько их бывает в день?
Казалось бы, чего проще: действуй по закону, возбуждай да возбуждай "глухие" уголовные дела. Ты - всего лишь исполнитель и ругань начальника в твой адрес ничто по сравнению с уголовной ответственностью за укрывательство преступлений. Ан - хуй! Сам участковый или опер уголовное дело возбудить не может, для передачи материала в следствие необходима резолюция начальника РОВД (того самого, который получает выговоры за низкую раскрываемость). "Глухарь на отдел хочешь повесить, мерзавец?! А меня из-за тебя ебать будут?! Пошёл нах со своим материалом, пиши отказной! Ах, незаконно - тогда иди раскрывай! Делай "светлым", тогда возбудим дело! Сколько там у тебя срока по материалу осталось? Один день? Как хочешь успевай! И про остальные 18 материалов не забудь, сроки-то идут… Ах, не нравится! Нах - в армию, на народное хозяйство!".
Вот и пишет опер отказной материал, выдумывая для отказа самые фантастические основания, и беря всю ответственность на себя. А через месяц-другой этот материал находит прокуратура (у них свои "палки" по коррупции среди ментов) и возбуждает в отношении опера уголовное дело. И осуждают его, как правило, на условняк. Вот тебе и "укрывательство преступления". Начальник, естественно, никакого приказа на вынесение незаконного отказного не давал… Чтобы избежать этого, любой участковый, опер, беседуя в дежурные сутки с заявителем по заведомо "глухому" материалу старается его "замылить": заговаривает зубы заявителю, чтобы тот забыл написать и зарегистрировать заявление, устно обещает разобраться, уничтожает заявление (редко), а иногда и просто объясняет ему ситуацию со сроками. Чаще всего прокатывает. Иногда терпила, уверенный, что у мента его горе - единственная работа, а в остальное время он лежит и ковыряется в носу, решает наказать оборотня, пишет заявы в прокуратуру, ОСБ, Президенту, в Гаагский трибунал. Тут-то и всплывает "замыленное" заявление и уголовную ответственность за укрывательство опять несёт исполнитель.
Цифра - вещь наглядная, удобная для доклада, над ней не надо думать. О необходимости отмены тотального господства статистики, "палочной системы" твердит вся милиция не один десяток лет. Когда министром стал Грызлов кто-то из провинции, приехав в Москву, спросил у приближённого к министру генерала: не собирается ли новый министр, пришедший под лозунгом координального реформирования МВД, не связанный милицейскими условностями и привычками наконец-то отменить этот анахронизм. "Руководство страны и руководство министерства эта система устраивает", - был ответ. Им так проще всем, воспитанным в Совке генералам, министрам, президентам. Им проще и спокойнее делать выводы по "средней температуре по больнице".
Статистика - результат потомственной лености, пофигизма и тупости руководства МВД, нелепый пережиток плановой системы, причина несправедливого уголовного преследования рядовых сотрудников милиции.
НБП, как передовая политическая сила, может добиться роста числа своих сторонников в среде милиции, выступая за отмену оценки эффективности деятельности милиции по статистическим показателям. "Палочная система" в МВД должна быть уничтожена!