Если есть нацболы, то будут и беспорядки. Это нормально...
Валдис Биркавс

Во время визита в Латвию Джорджа Буша меры безопасности были действительно беспрецедентными. Весь центр Риги буквально очистили от горожан, лишь по пропускам можно было пройти по своему же городу. Людей просто запугивали. В случае появления кортежа Дж. Буша, рекомендовалось не делать резких движений, не подходить к окнам и ни в коем случае не фотографировать. На крышах сидели снайперы, в городском канале плавали водолазы. Все акции протеста удалили на окраину. Нас отправили в парк 1905 года, соцдемов и зелёных - вообще в Межапарк. Заодно запретили вывешивать в центре антибушевские плакаты. И самое странное, 7 мая, ночью перед митингом, партийная квартира оказалась блокирована. Кто-то испортил замок и залил створки дверей каким то строительным раствором. Если это опять спецслужбы - то им лечиться пора...
Итак, 7 мая в 12.00 начинаем митинг. Нацболы, АКМ, несколько пожилых коммунистов. Флаги, кричалки, речи, вроде все как всегда. Журналисты латышских СМИ, не скрывая иронии, спрашивают, почему мы согласились протестовать там, где никто протеста не заметит. Рано радуетесь. Митинг неожиданно заканчивается, и вся орда дружно отправляется пешком в центр города, встречать президентов. Флаги и транспаранты свернули, повязки оставили. Позади за нами следуют ошалелые менты и журналисты, понимающие что ситуация развивается несколько непредсказуемо. Нам потом сказали, что латвийское телевиденье в прямом эфире сообщило новость, - нацболы прервали митинг и двигаются в сторону Старой Риги. Мы уже дошли до гостиницы Латвия, когда нас решили остановить. К колонне подходят два человека в штатском, оказавшиеся не много не мало начальником Криминальной Полиции И. Кузисом и его заместителем А. Гришиным. Позади высоких господ ненавязчиво маячила спецрота. Сперва с нами говорят "по-хорошему": "приказываем разойтись" и так далее. Отвечаем, что мы имеем право ходить по своему городу, и что подобные требования антиконституционны, и нарушают наши права человека. На нас двигаются "робокопы". Мы сцепляемся между собой и начинаем "активно сопротивляться действиям работников полиции". За последний, весьма бурный месяц, мы уже научились этому почти профессионально. Откуда-то летят дымовухи. Какая то тварь начинает проводить на мне болевой приём, давит на точку на шее и требует отпустить руки. Боль дикая, но терплю. Самое трудное - не материться, кругом куча свидетелей. Наконец нас все же разрывают, и тащат по одному к машине. Двери захлопываются, машина отъезжает. В пути читаем Молитву Нацбола, к финальному скандированию Да Смерть присоединяются даже АКМ-овцы. Привозят в родной уже 21 участок, дальше как обычно, обыски, протоколы. Проводим перекличку, задержано семнадцать человек. Пятеро из АКМ, остальные наши. В участке весело, как всегда после удачной акции. Менты, правда, в ярости, звучат крики и угрозы, но это уже настолько привычно, что даже скучно. На допросах объясняем, что никакого шествия не было, каждый шёл сам по себе, и задержали нас не в закрытой зоне, так что требования полицейских были незаконны. В комнате, где меня допрашивают, бросается в глаза композиция на стене. Рядом висят, - репродукция православной иконы, еврейский календарь, и плакат латышской ультраправой фолк группы Vilki (Волки) поющей песни легионеров.
Через три часа допросов в участок приезжают депутаты от ЗаПЧЕЛ, Бузаев и Котов. Нас начинают по одному отпускать. Всем выписали протоколы о нарушении закона о митингах, шествиях и пикетах и сопротивление работникам полиции. Мрачные ПБ-шники пытаются требовать, что бы нас закрыли. Безрезультатно.
Стоим на улице и встречаем каждого нового освобождённого. Последними, как всегда, выходят девчонки.
9 мая мы в полной мере ощутили, что действуем правильно: люди нас буквально качали на руках. В НБП вступили новые люди, была собранна весьма немалая сумма на политзеков.
И ещё один результат. Глава парламентского комитета по национальной безопасности Индулис Эмсис предложил ввести запрет на протесты во время торжественных мероприятий...