Эта статья посвещается всем тем, кто до сих пор верит, что протестное голосование в действительности является актом политической борьбы.
Главным врагом любого свободолюбивого человека являются его права, а вовсе не бессмысленные обязанности или авторитарные представители власти. Именно права, предоставляемые системой, претендуют на первое место в рэйтинге самых совершенных форм насилия. В современное понятие права уже включено обязательное желание рождаться, жить в чистеньком хорошеньком домике, хорошо учиться в школе по месту прописки, работать, вступить в брак и умереть "достойной смертью". Граждане в дисциплинированном социуме с удовольствием предвосхищают требования системы, полагая, что отказаться от своих прав - полнейшее безумие.
Наличие в избирательном бюллетене графы "против всех" - прекрасная иллюстрация такого положения дел. Новая "демократическая" Россия быстро усвоила социально-политические практики западной Европы. Право голосовать "против всех" стало одним из символов долгожданной демократической свободы. Государство позаботилось о том, чтобы каждый мог безопасно и с максимальным комфортом реализовать свое право на протест. Гражданин говорит свое "хуй вам", исполняя тем самым гражданинов долг. Все под контролем, все в порядке - и избиратели, и социально-политические основы государства, которое любит и даже поощряет такую оппозицию. А почему бы и нет? Система, оставаясь стабильной, имеет возможность демонстрировать свою либеральность. Социальное напряжение рассеивается в искусственно созданных оппозиционных шлюзах. Все эти кандидаты-против-всех, рыбкины, бабушки-коммунистки - всего лишь объекты государственных манипуляций. В медиа-спектаклях образы протестующих приобретают должный вид и рассеянный зритель понимает, что живет он в свободной стране, управляемой разными силами. Только представители оппозиции нравятся ему гораздо меньше. Неразумные они и смешные. Какие-то полубезумные старухи и хулиганы невоспитанные. Множество не столь доверчивых и действительно недовольных, но, к сожалению, законопослушных людей останавливаются на протестном голосовании, предполагая, что все возможное они сделали - воспользовались своим правом выразить несогласие. Другие, более действенные, формы протеста такому гражданину недоступны, поскольку выходят за рамки закона.
Совершенно ясно, что любой законный бунт - это не бунт, а бред. Настоящий протест, по определению, должен носить антидисциплинарный и внесистемный характер. Но это не означает, что акты протеста сводятся к нарушению юридически установленных норм.. Даже самые отъявленные преступники болтаются на крючке доминирующих ценностей современой культуры, соблазняющей процветанием, престижем и властью. Система сильнее всего ограничивает нас в пространстве общепринятых, но негласных норм, эти странные, почти подсознательные законы регулируют каждый наш шаг и большинство наших мыслей. Вытаскивайте же их в сферу сознания и разрушайте все эти подсистемы. Отрицайте институт коммуникации, потому что он заставляет нас быть социальными животными, существующими по принципу "стимул-реакция"; уничтожайте институт моды, потому что он наиболее откровенно принуждает "я" быть "не я"; "сжигайте дотла родительский дом", потому что именно семья внушает нам понятия счастья и благополучия; разрушайте город, который не "дает возможности" , а навязывает потребности... Только протест всем вертикалям и горизонталям, меридианам и параллелям власти имеет шанс стать настоящей борьбой. Протест слаб как единичная вспышка, и протест зависим, поскольку всегда направлен против того, что уже имеется. Борьба постоянна и созидательна - борьба за независимые ценности, за справедливый мир и за свободу.