Любимая,
	настанет день,
	когда нас разбудят
	автоматные очереди
	и бодрящий рёв бронетехники.
	Ты скажешь,
	что бандиты на разборках
	не используют танки и бэтээры
	и если мы
	сейчас же не встанем,
	то нам грозит
	проспать революцию.
	Выглянув в окно,
	мы не сможем ничего разглядеть
	из-за дыма
	от полыхающих повсюду иномарок.
	Наскоро натянув джинсы,
	мы выбежим с тобой на улицу
	и увидим,
	как в нашем дворе
	несколько мальчишек и девчонок
	в чёрных рубашках
	отстреливаются от ментов,
	пытающихся выбить их
	из укрытия,
	наскоро сооруженного
	из мусорных контейнеров,
	над которыми неистово развевается
	пробитое в двух местах
	красное знамя.
	Перебежками
	добравшись до юных повстанцев,
	мы улыбнёмся им,
	давая понять,
	что они
	могут на нас рассчитывать.
	Они протянут нам
	два захваченных в бою автомата
	и скажут,
	что если нашему отряду
	удастся прорваться
	на соседнюю улицу,
	то мы спасены,
	потому что там
	к восставшим рабочим
	уже присоединились
	армейские подразделения.
	Ты чувственно закатишь глаза
	и нежно прошепчешь,
	что революция
	не бросает на произвол судьбы тех,
	кто в неё верит.
	Ты не успеешь договорить,
	как небо над нами
	крест-накрест перечеркнёт
	ослепительная молния.
	Стекла обступающих нас домов
	посыпятся
	от оглушительного раската грома.
	Вселенная
	изменит цвет,
	и с кроваво-огненных облаков
	в белоснежных одеждах
	к нам сойдёт
	Иисус Христос.
	Он кротко протянет нам
	противотанковый гранатомет ГПЗО
	и едва различимым жестом
	благословит нас.
	После трёх выстрелов
	с нашей импровизированной баррикады
	кишки
	зомбированных либералами придурков,
	разлетевшись во все стороны,
	запутаются в кронах
	окрестных деревьев,
	и мы,
	опьянённые
	переполняющим нас счастьем,
	побежим
	в сторону Ленинградского проспекта,
	где такие же счастливые
	и радостные люди,
	узнавшие о том,
	что Кремль только что взят,
	дарят охапки цветов
	спешащим на помощь своим
	товарищам-бойцам
	и весело
	вешают на фонарных столбах
	застигнутых врасплох
	и трясущихся от страха
	коммерсантов.
	Подхваченные ликующей толпой,
	мы пройдём
	через распахнутые настежь
	Спасские ворота,
	над которыми
	кто-то уже успел вывесить
	кумачовый транспарант:
	"Революция, Ты - единственная из вер и религий.
	Нет иных богов и героев, кроме Твоих вождей
	и павших
	во имя Твоё".